КОХЛЕАРНАЯ ИМПЛАНТАЦИЯ У ДЕТЕЙ С ОДНОСТОРОННЕЙ ГЛУХОТОЙ: OБOCHOBAHИE И ПЕРВЫЕ ВЫВОДЫ

Кохлеарная имплантация (КИ) у детей с односторонней глухотой (ОСГ) —  спорный метод лечения. Профессора Карен Гордон, Блейк Папсин и Шэрон Кюшинг обсуждают обоснования и первые выводы, касающиеся относительных достижений бинаурального слуха при ОСГ при помощи КИ.

Если бы вы спросили нас 10 лет назад, могут ли кохлеарные импланты использоваться детьми, слышащими одним нормально действующим ухом, мы бы ответили скептически. В то время мы исследовали нарушения, связанные с ограниченным представлением звуковых частот, обеспечиваемым кохлеарными имплантами у детей, включая сложности в различии музыкальных нот и распознавании эмоций в речи. Симуляции, которые слышали люди с нормальным слухом, подчеркивали размытость, создаваемую кохлеарными имплантами.

Как же тогда мы могли ожидать сочетания кохлеарного импланта, с акустическим слухом другого уха (бимодального слуха)? Не будет ли звук, полученный при помощи кохлеарного импланта, создавать помехи или отвлекать от звука в ухе, которым человек слышит лучше? В данный момент эти опасения отступили в свете все большего понимания нами нарушений, связанных с развивающейся асимметричной и односторонней потерей слуха. Половину пути мы уже прошли и знаем, что дети могут получить преимущество от слуха с акустическим звуком, усиленным слуховым аппаратом, на одном ухе и слухом, осуществляемым электрически при помощи кохлеарного импланта, на другом ухе. С учетом этих новых сведений пора оценить использование кохлеарных имплантов у детей с потерей слуха (от выраженной до глубокой степени) на одном ухе, и слышащих без необходимости использовать слуховой аппарат на другом ухе.

Зачем лечить детей с односторонней глухотой?

Самый большой недостаток односторонней глухоты — это потеря бинаурального слуха и, как следствие, ограниченная локализация звука в пространстве. Долгое время это казалось досадным, но не критичным для развития фактором. Теперь, однако ясно, что потеря пространственного слуха в раннем детстве может стать причиной более медленного освоения языка, плохой академической успеваемости, повышенного напряжения при слушании и, как следствие, более низкого качества жизни в сравнении с таковым у сверстников с нормальным слухом. Нельзя сказать, что эти нарушения напрямую являются следствием слабого бинаурального слуха, но очевидно определенное влияние этого слухового недостатка при локализации звука на появление глобальных сложностей у детей. Пространственный слух более важен для детей, чем считалось ранее. Определение расположения разных источников звука необходимо для того, чтобы отличить один звук от другого. Дети редко оказываются одни в тихой атмосфере и, действительно, должны находиться в окружении семьи и сверстников для безопасности, взаимодействия и учебы. Это окружение, как показано на рисунке 1, обычно динамично и требует от ребенка слышать окружающие звуки со всех сторон (мы называем это эффектом «коктейльной вечеринки» — cocktail party).

Рисунок 1.

Ребенок с односторонней потерей слуха в типичной «коктейльной вечеринке» столкнется с трудностями при определении расположения каждого говорящего, и у него будут проблемы со слушанием детей со стороны уха, на котором слух ограничен. (Изображение взято на www.dreamstime.com)

Без пространственного слуха ребенок с односторонней потерей слуха (показанный в центре на рисунке), должен фокусироваться на других акустически х особенностях, которые делают каждый звук различимым; это становится все более трудным с увеличением количества говорящих и других звуков, в особенности если целевой звук расположен ближе к поврежденному уху. Рисунок 1 иллюстрирует такой эффект звуковой тени. Дети с односторонней потерей слуха выказывают аномальный рост возбуждения тех зон коры головного мозга, которые участвуют в формировании внимания, двигательной памяти и познания, что свидетельствует о том, что дети прилагают усилия для того, чтобы слышать. Мы выяснили, что у детей с односторонней потерей слуха наряду со сложностями, возникающими при слушании, распространены проблемы с вестибулярной системой и удержанием равновесия. Таким образом, разумно предположить, что нарушения пространственного слуха и функции вестибулярной системы и удержания равновесия ведут к другим сложностям развития у детей с односторонней потерей слуха.

Зачем использовать кохлеарные импланты дnя лечения односторонней глуxoты?

Кохлеарные импланты считаются наиболее эффективным способом обеспечения уха, с потерей слуха от существенной до тяжелой, доступом к звуку. Почему тогда такое лечение может вызывать беспокойство в случае с детьми с односторонней глухотой? Как отмечалось выше, имелось беспокойство, что слух, осуществляемый электрически, будет мешать слуху здорового уха. В дополнение к этому, прежде чем соглашаться на такое лечение, необходимо учитывать обычные риски, сопутствующие операции по установке кохлеарного импланта.

Эти риски стали минимальными, но усиливаются избирательным и в данный момент экспериментальным применением имплантации в этих условиях. После операции требуется также немалое количество дополнительных процедур, которые могут «превратить в больных» детей с односторонней потерей слуха. Именно по этим причинам многие семьи с детьми с односторонней глухотой, которых мы рассматриваем в качестве кандидатов на кохлеарную имплантацию, предпочитают не делать такой выбор. Здесь важно заметить, что от трети до половины детей с односторонней глухотой не включены в ряды кандидатов на кохлеарную имплантацию в связи с гипоплазией слухового нерва.

С другой стороны, кохлеарная имплантация может предотвратить изменения мозга, которые мы видим у детей с односторонним доступом к звуку. В таких случаях бинауральный слух будет нарушаться при развитии слухового предпочтения здорового уха. Слуховые аппараты костного звукопроведения и слуховые аппараты контралатерального направления звука CROS рассматривались для уменьшения эффекта «тени головы», но они основываются на дальнейшем использовании предпочтительного уха и не обеспечивают бинаурального/ пространственного слуха. Таким образом, ограниченная длительность глухоты в поврежденном ухе — это ключевой критерий нашей многопрофильной группы при отборе детей с односторонней глухотой для кохлеарной имплантации.

«У детей с врожденным цитомегаловирусом определяющее значение может иметь уменьшение слухового предпочтения и надежды на здоровое ухо за счет сохранения двухстороннего слуха».

Другие факторы, важные для выбора кандидатур, — это:

  • медицинская пригодность к операции; речевые и языковые возможности;
  • общее развитие, способности к социализации и обучению;
  • разумные ожидания ребенка и/или опекуна; поддержка семьи и ее структура;
  • доступность учебно-вспомогательных служб.

Мы также начали учитывать будущее слышащего уха. Многим детям с односторонней глухотой диагностирован врожденный цитомегаловирус, часто выявляемый при ПЦР-анализе плаценты. У таких детей высок риск развития глухоты на здоровом ухе. С учетом этого определяющее значение может иметь уменьшение слухового предпочтения и надежды на здоровое ухо за счет сохранения двухстороннего слуха у детей с врожденным цитомегаловирусом.

Каковы результаты кохлеарной имплантации у детей с односторонней глуxoтoй?

Важнейшая цель кохлеарной имплантации у детей с односторонней глухотой состоит в стимуляции бинаурального слуха для уменьшения сложностей при слушании и поддержке общего развития. Эти цели оцениваются несколькими исследовательскими группами. Наша группа в данный момент следит почти за 30 детьми с односторонней глухотой, получившими кохлеарный имплант, в результате отбора кандидатов с использованием указанных выше критериев, включая ограниченную длительность глухоты. На сегодняшний день мы должны сообщить, что большинство используют свои устройства непрерывно, что свидетельствует об ожидаемых п ре имуществах ношения импланта. Также обнадеживают данные первой группы младенцев, которые выявили, что корковое представительство обоих ушей было установлено по истечении шести месяцев использования кохлеарного имплант а (см. рис. 2).

  

Рисунок 2.

Маленькие дети с односторонней глухотой получили имплант в поврежденное правое ухо. Корковое представительство правого уха было установлено по истечении от трех до шести месяцев использования кохлеарного импланта. Электрическая стимуляция с кохлеарного импланта и акустический звук в нормально слышащем ухе стимулировали как левую, так и правую слуховые зоны коры головного мозга, как показано на фронтальной проекции корковых источников выше

Основываясь на результатах кохлеарной имплантации у взрослых с односторонней глухотой, мы также ожидаем, что улучшится локализация звука. Родители так же предоставили полезные комментарии. Например, от матери ребенка с односторонней глухотой (и врожденным цитомегаловирусом), которому имплант был установлен в младенчестве:

«Я знаю, это совершенно не научно, но С. расцветает. Недавняя аудиограмма показала, что КИ работает как и ее здоровое ухо. Она носит имплант все время, просит его, и КИ помогает ей улучшить равновесие. Каждый день мы благодарны, что дочка смогла поучаствовать в вашей работе. С. посещает садик с 24 трехи пятилетками — так что там шумно:) И у нее совершенно нет проблем со слушанием, а ее язык продолжает поражать нас».

 Резюме

Если вы спросите нас сейчас о кохлеарной имплантации у детей с односторонней глухотой, мы оптимистичны, но прагматичны. Это, возможно, не решение, которое все дети захотят или смогут использовать, и маловероятно, что нормальный доступ к бинауральному/ пространственному слуху будет обеспечен. С другой стороны, мы уже видим свидетельство того, что слух в обоих ушах может быть сохранен и что этот слух может предоставить преимущества в сравнении с явными недостатками слушания только одним ухом. Мы с нетерпением ждем повторного обращения к этой теме в будущем, пока мы продолжаем изучать данные этих детей.

Журнал «Я слышу мир»

оригинальная статья

Карен Гордон, Блейк Папсин и Шэрон Кюшинг

ИСТОЧНИК

https: // www.entandaudiologynews.com/features/аudiоlogy-features/post /cochlеаr — imрlаntatiоn-in­children-with-single-sided-deafness-rationale-and-early­findings